Category: фантастика

Category was added automatically. Read all entries about "фантастика".

(no subject)

  Борис Конофальский. Цикл "Инквизитор". Фэнтези.
  Симпатичная вещь, живая, выдержанная исторически и стилистически. Шестнадцатый век, как он есть, - мерзейшее время в истории Западной Европы. Герой - солдат-наемник, отнюдь не идеальный, жестокий, как и его время, жадный до денег и почестей, как и его время, но не предающий доверившихся, не лгущий себе, не изменяющий вере и данному слову. В мире, отличающемся от нашего (или не отличающемся?) только тем, что ведьмы там на самом деле есть.
  Читается интересно.
  Замечание, относящиеся только к той версии книги, которая есть в сети. Автору бы надо озаботиться бетой: отношения с грамматикой у него сложные.

(no subject)

По рекомендации Генри Лайон Олди (Henry Lion Oldie) прочитала "Эйфельхайм: город-призрак" Майкла Флинна.
Очень, очень интересная книга.
Строго беспримесная научная фантастика ставит читателя перед вопросами глубоко мистическими. В отдельных местах по остроте и напряженности религиозного переживания приближается к бернаносовой "Под солнцем Сатаны".
Читается не очень легко, язык производит впечатление корявого и монотонного, но, возможно, это недостаток перевода. А возможно - сознательный авторский выбор.
На мой взгляд, своего рода открытие. Я, во всяком случае, никогда не сталкивалась с тем, чтобы научная фантастика была ТАКОЙ.

Шекспир vs Рулинг

Я уж полагала, что отбросила эту протухшую тему, собралась посмотреть смешной фильм о суперагентах, но вдруг вспомнила один, почему-то ранее совсем ускользнувший из памяти момент. Который заставляет заподозрить, что тема "Шекспир vs Рулинг" в фильмах о Гарри Поттере отнюдь не исчерпывается одним только трагическим Снейпом.
Осмелюсь даже предположить, что эта тема является одним из лейтмотивов сериала, отчего история предстает в гораздо более интригующем свете.
В фильме "Гарри Поттер и узник Азкабана" на празднике по случаю начала учебного года выступает хор воспитанников Хогвартса, стройно и гармонично исполняющий... песню ведьм из IV акта "Макбета"! (посмотреть текст и послушать хор можно по ссылке внизу)
С некоторыми изменениями. У Шекспира, если мне не изменяет память, строчка "something wicked this way comes" звучит только один раз. В песне хора она настойчиво повторяется в конце каждого куплета. Изящная мелодия становится все тревожнее, детские голоса все напряженнее выпевают грозное предупреждение: котел, лягушачьи лапки, мышиные хвосты... - ЭТИМ ПУТЕМ ПРИХОДИТ ЗЛО!
Напомню, что котел и ингредиенты для зельеварения входят в набор стандартных учебных материалов в Хогвартсе, а само зельеварение - обязательный предмет.
Этим путем приходит зло.
В книгах Роулинг в Хогвартсе нет хора. И не может быть принципиально.
Устами Дамблдора озвучивается следующий манифест идеального мироустройства по Роулинг:
"- А теперь давайте споем школьный гимн. Каждый поет свою любимую песню на свой собственный мотив."
Здесь полагалось бы обстоятельно поговорить о гармонии, эвфонии и какофонии, тоталитаризме, тирании, свободе и демократии, но я думаю, что и так все ясно.

Е. Хаецкая. "Падение Софии"

С обязательным подзаголовком "Русский роман".

                                                                                                   И Русь все так же будет жить,
                                                                                                   Плясать и плакать у забора.
                                                                                                                                          С. Есенин

  
   Этот роман, стилистически выдержанный, насыщенный, "с атмосферой", на  какое-то время превратил меня в сторонницу революции. 
     Знаете, наверное, как это бывает? - видишь сон, тягостный, но такой живой и реалистичный, что, всплывая на мгновение ближе к поверхности яви, думаешь с облегчением: "Да это же все сон! На самом-то деле все иначе..."  Вот примерно  подобное я и испытывала, возвращаясь из реальности романа, где никакой революции (ни Октябрьской, ни, судя по всему, февральской) не было, в реальность нашу, где все это было.
    Российская империя, 20... год.  Космическое корабли достигли дальних звезд, колонизируются планеты; там, на фронтире, доблестные гусары получают ранения и повышения в звании; есть такая наука - ксенопалеонтология. А здесь, в ценре Империи, по-прежнему бесятся от безделья помещики, старая барыня унижает лебезящих приживалок; девушка, интересующаяся наукой, мечтает поскорее стать  старухой, чтобы держать салон и иметь возможность хотя бы поговорить с теми, с кем ей говорить интересно. О том, чтобы самой учиться и работать, даже и речи не идет. Мужику нет хода на "чистую", господскую половину трактира. Одержимый наукой талантливый молодой человек работает управляющим у помещика и втуне мечтает о дальних экспедициях. Они есть, эти экспедиции, но... не для тех, у кого нет средств на жизнь. 
    Серые небеса, серый воздух и вечные напролазные хляби под днищем антигравитационного электромобиля.
    Неистребимый, физически ощущаемый запах старости.
    И совершенно не удивляет, что в этой унылой атмосфере заводится, как мыши в грязном белье, вылезший из каких-то теневых подпространств вампир - и высасывает остатки энергии из без того вялых, не знающих куда себя приткнуть людей. 
     Да, люди, населяющие этот мир, вроде бы совсем такие же, как в "Повестях Белкина", - милые чудаки с такими безобидными, смешными странностями. И даже свой благородный разбойник, кладущий головушку за правду, есть. Но... за прошедшее столетие с лишним куда-то девалась, рассосалась в них та хрустальная чистота, та естественность веры в добро, что неколебимо стояла в душах пушкинских героев. И когда представляешь, как в течение века таяла, уходила она, хрусталинка за хрусталинкой, из сердец, из речей, надежд и поступков, как будто какой-то вампир высасывал незаметно, - вот тут-то и думаешь: "Господи милостивый! Как все-таки хорошо, что была у нас революция! Как это чудесно, волшебно, что крестьянские мальчики летали в стратосферу, хохочущие девчонки окружали профессоров в гулких старых аудиториях - и гудела перелопаченная страна!"
    В одной из рецензий писали: возникает ощущение,что с Россией, описываемой в книге, произошло что-то ужасное, но автор, по доброте своей, от читателя это невыносимо страшное скрывает. Может, и так. А может, наоборот - чего-то  не поизошло? А может - и то, и другое?
    Вот название. Ведь вряд ли это только о героине по имени Софья, отдавшейся во власть вампира. Долгое время вампир "подпитывал" ее энергией, взятой у жертв, а потом покинул - и все разом кончилось. София - это ведь Мудрость. Если Мудрость долгое время остается неизменной - не вампир ли рядом с нею?
     
     

Кондуктор или турникет?

       А в Советском Союзе было  время (и, оказывается, довольно долгое! - лет двадцать, не меньше), когда за проезд в городском транспорте платили так.  В салоне стоял такой металлический ящик с прорезью для монеток и к нему крепилась катушка билетиков - с ручкой, чтобы удобнее отматывать было.
     Пассажир входил в автобус-троллейбус, бросал монетки в ящик и самостоятельно отрывал себе билет.
     Казалось бы, общественный транспорт должен был разориться в пух и прах за неделю, но ничего подобного не происходило. "Зайцев" было не больше, чем сейчас.  Людям было, понимаете ли, неловко оторвать билет, не бросив монетки. Перед окружающими неловко - и перед собой.
     Вот и говорите после этого, что воспитание нового человека - бредовая идея. 
     Ведь почти получилось...

Чуть-чуть о фэнтези и многобожии.

Интерес и симпатии к язычеству и многобожию среди поклонников фэнтези вызывают у меня не то чтобы сильное огорчение - да молодо-зелено же! - но... недоумение. Почему-то они видят в этом свободу. Почему? Ведь, казалось бы, очевидно: если Бог один, Он есть абсолют и средоточие всего высшего. Если больше одного, то такие "боги" отличаются от людей только тем, что сильнее. Ну там молниями кидаются, живут долго...  нагадить могут сильно при желании. Многобожие - это поклонение силе в чистом виде. Даже не поклонение - подчинение, заискивание. Они ж сильнее - как же их не задобрить!
     Такая вот свобода.
Неужели не замечают?