?

Log in

No account? Create an account

Категория: музыка

Жена Лота

   Когда-то, когда я была молода и писала стихи (а кто без греха – пусть первым бросит в меня камень!), у меня был цикл стихотворений о жене Лота. Конечно, стихи эти забылись и затерялись; вряд ли я теперь сумела бы их найти.   Вспомнилось по ассоциации: я думала об Орфее и Эвридике.
   Мы с отцом за чаем вспоминали песни, которые во всем вроде бы достойны и благообразны, но оставляют неприятное и раздражающее впечатление. «Ты – моя мелодия, я – твой преданный оркестр…» - вспомнила я. «Орфей», - поправил отец. Ну да, конечно, Орфей, хотя с «оркестром» было бы все-таки получше. Нагловато, конечно, (дай нам Бог в таких случаях где уж там оркестром – одинокой свирелью, дудочкой тростниковой быть, но только берущей верные ноты!), но хоть смысл был бы. А с Орфеем – вообще никуда, потому что предан он был не мелодии, а Эвридике. Ее выводил из тартара, а она обернулась.
    Жена Лота тоже обернулась, но это совсем другое. Эвридика обернулась на тартар, потому что его боялась (я вот на улицах изо всех сил уговариваю себя не оглядываться на собак – и все равно оглядываюсь). А жена Лота обернулась на Содом потому, что это был ее родной город.
   Там она родилась, росла и бегала ребенком по его каменистым неровным улицам; девушкой смотрела на острый месяц над плоскими крышами и мечтала о том, о чем мечтают все девушки и что никогда не сбывается. И вышла замуж, и рожала детей, и уже их, маленьких и спотыкающихся, водила по каменистым неровным улицам.
   Там оставались все, кого она знала. Кумушки, с которыми судачила у колодца, их дети…
    Да нет же, не было в Содоме никаких кумушек и детей! Это, судя по тексту первоисточника, был город сплошных мужеложцев, выродился вконец. Да и не стал бы Вседержитель губить огнем и серой город, в котором росли дети. Может, помня об этом, в некоторых странах (не будем показывать пальцем) сейчас с таким упорством воруют, покупают и тащат к себе силой чужих детей – обезопасить себя хотят от участи Содома?
  Ладно, пускай мужеложцы. Но и мужеложцы – люди, и она жила с ними бок-о-бок. Делила хлеб, здоровалась на улицах…
И когда уже ничего нельзя было сделать, совсем ничего, она сделала единственное, что могла, что было запрещено, - подарила взгляд обреченному городу, в котором оставались люди. Все, кого она знала. Люди.
   Я знаю, что это нигде не сказано, но мне хочется верить: когда Христос выводил из ада всех обреченных ему и шествовал во главе сонм спасенных, Его взгляд на мгновение задержался на соляной скале у края Мертвого моря. И вместе с прочими за Ним пошла невысокая немолодая женщина, обыкновенная, полноватая, с заметной проседью в темных волосах.

Две дороги - та и эта

       «Если есть еще позднее слово – пусть замолвят его обо мне.»
                                                                                Булат Окуджава
  Я попытаюсь, Булат Шалвович. Не знаю, то ли это слово – и слово ли вообще, но я, ваш враг, сказавшая и написавшая о вас много плохих слов и не отказывающаяся ни от одного из них, - я по крайней мере попытаюсь.
Читать дальше...Свернуть )

Profile

edelberte
Ольга

Latest Month

Октябрь 2019
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner