Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Жена Лота

   Когда-то, когда я была молода и писала стихи (а кто без греха – пусть первым бросит в меня камень!), у меня был цикл стихотворений о жене Лота. Конечно, стихи эти забылись и затерялись; вряд ли я теперь сумела бы их найти.   Вспомнилось по ассоциации: я думала об Орфее и Эвридике.
   Мы с отцом за чаем вспоминали песни, которые во всем вроде бы достойны и благообразны, но оставляют неприятное и раздражающее впечатление. «Ты – моя мелодия, я – твой преданный оркестр…» - вспомнила я. «Орфей», - поправил отец. Ну да, конечно, Орфей, хотя с «оркестром» было бы все-таки получше. Нагловато, конечно, (дай нам Бог в таких случаях где уж там оркестром – одинокой свирелью, дудочкой тростниковой быть, но только берущей верные ноты!), но хоть смысл был бы. А с Орфеем – вообще никуда, потому что предан он был не мелодии, а Эвридике. Ее выводил из тартара, а она обернулась.
    Жена Лота тоже обернулась, но это совсем другое. Эвридика обернулась на тартар, потому что его боялась (я вот на улицах изо всех сил уговариваю себя не оглядываться на собак – и все равно оглядываюсь). А жена Лота обернулась на Содом потому, что это был ее родной город.
   Там она родилась, росла и бегала ребенком по его каменистым неровным улицам; девушкой смотрела на острый месяц над плоскими крышами и мечтала о том, о чем мечтают все девушки и что никогда не сбывается. И вышла замуж, и рожала детей, и уже их, маленьких и спотыкающихся, водила по каменистым неровным улицам.
   Там оставались все, кого она знала. Кумушки, с которыми судачила у колодца, их дети…
    Да нет же, не было в Содоме никаких кумушек и детей! Это, судя по тексту первоисточника, был город сплошных мужеложцев, выродился вконец. Да и не стал бы Вседержитель губить огнем и серой город, в котором росли дети. Может, помня об этом, в некоторых странах (не будем показывать пальцем) сейчас с таким упорством воруют, покупают и тащат к себе силой чужих детей – обезопасить себя хотят от участи Содома?
  Ладно, пускай мужеложцы. Но и мужеложцы – люди, и она жила с ними бок-о-бок. Делила хлеб, здоровалась на улицах…
И когда уже ничего нельзя было сделать, совсем ничего, она сделала единственное, что могла, что было запрещено, - подарила взгляд обреченному городу, в котором оставались люди. Все, кого она знала. Люди.
   Я знаю, что это нигде не сказано, но мне хочется верить: когда Христос выводил из ада всех обреченных ему и шествовал во главе сонм спасенных, Его взгляд на мгновение задержался на соляной скале у края Мертвого моря. И вместе с прочими за Ним пошла невысокая немолодая женщина, обыкновенная, полноватая, с заметной проседью в темных волосах.

Луганск

Вернулась из Луганска, из лета. Там тепло, там яблоки. И виноград. Лозы переплетаются над головой, как в выдуманной романтиками древней Греции какой-нибудь. Здесь - настоящее.
DSC00518

Сегодня, 11 сентября, у прекрасного города  день рождения. Поздравим!

Collapse )

(no subject)

Если очень внимательно приглядываться, людей, которые в детстве были воспитаны книжным шкафом, всегда можно узнать. Не по словам, не по взгляду - это все меняется в течение жизни. По внезапно прорываюимся жестам, по характерной пластике движений, которая нет-нет да проявит себя. В какие-то отдельные моменты эта пластика может производить впечтление изящной, чаще - смешна и нелепа. Поэтому люди бессознательно заботятся о том, чтобы она не была заметна, но изжить до конца эту характерность движений не удается никогда.
 Эти маленькие маугли, которым книжные герои заменяли общество сверстников, бонн, гувернеров, взрослых гостей дома, у них, у книжных героев копировали шаг,  поворот головы, порывы в волнении и жесты учтивости - все это незаметное и невытравимое, что перенимают дети у тех, кто  окружает их в ранние годы.
   Самое поразительное здесь заключается в том, что это - узнаваемо. Что в свою очередь означает: ошибочно думать, что каждый ребенок заново придумывает мушкетеров, Натта Бампо и капитана Немо в меру собственной фантазии и собственного опыта. Их движения, манеры, вся эта пластика и ритмика, закодированная в частоколах строк, существует объективно.
 

Петрушевская


      Странные бывают таланты.
      Иногда биографию писателя или поэта лучше бы и не читать: когда стихи из сора растут, так это еще куда ни шло, а ведь  такое иной раз бывает, из такой тьмы поднимается светлый голос, что... Нет, лучше биографий не читать, нездоровое это занятие, все впечатление можно испортить.
     Часто литература - верное отражение исканий и метаний, духовных и не очень. Если есть талант - многие поколения потом спорят, превозносят и развенчивают; и сегодня превозносят за то, за что развенчивали вчера.
      Нормальное  это все дело, талант - от Бога, человек грешен, светел и вообще путаник большой по жизни, так уж оно устроено.
     "Как умел - так и жил, а безгрешных не знает природа..."(с)
     Случается, конечно, и нехорошее. Дан человеку талант мощнейший, немереный, а использует он его, прямо скажем, -  не туда. Это я про Микеланджело, в частности, вспомнила, если кто не понял. Ну, кто-то  может тут и Лавкрафта помянуть, хотя относительно него у меня своя точка зрения. Не так уж он и зловреден, по-моему. 
      Опять-таки - все это дело житейское.
      Но вот бывает, хотя и редко, когда не относительно человека, а про сам талант, про  природу его вдруг засомневаешься - а точно ли от Бога? 
   Collapse )